Неточные совпадения
Самгин подумал, что парень глуп, и забыл об этом случае, слишком ничтожном
для того,
чтобы помнить о нем. Действительность усердно воспитывала привычку забывать о фактах, несравненно более крупных. Звеньями бесконечной цепи следуя одно за другим, события все сильнее толкали время вперед, и оно, точно под гору катясь, изживалось быстро, незаметно.
— Просто-запросто есть одно странное русское стихотворение, — вступился наконец князь Щ., очевидно, желая поскорее замять и переменить разговор, — про «рыцаря бедного», отрывок без начала и конца. С месяц назад как-то раз смеялись все вместе после обеда и искали, по обыкновению, сюжета
для будущей картины Аделаиды Ивановны. Вы знаете, что общая семейная задача давно уже в
том,
чтобы сыскать сюжет
для картины Аделаиды Ивановны. Тут и напали на «рыцаря бедного», кто первый, не
помню…
Уж я сказал тебе, что с твоими идеями хорошо сидеть в деревне, с бабой да полдюжиной ребят, а здесь надо дело делать;
для этого беспрестанно надо думать и
помнить, что делал вчера, что делаешь сегодня,
чтобы знать, что нужно делать завтра,
то есть жить с беспрерывной поверкой себя и своих занятий.
Для того,
чтобы не подпасть этому соблазну, человеку надо понимать и
помнить, что готовиться некогда, что он должен жить наилучшим образом сейчас, такой, какой он есть, что совершенствование, нужное
для него, есть только одно совершенствование в любви, а это совершенствование совершается только в настоящем.
Прощать — значит не
то, что сказать: прощаю, а
то,
чтобы вынуть из сердца досаду, недоброе чувство против обидевшего. А
для того,
чтобы сделать это, надо
помнить свои грехи, а будешь
помнить,
то наверное найдешь за собою худшие дела, чем
те, за какие ты сердишься.
Слова эти великие.
Для того,
чтобы человеку не пришлось ненавидеть людей и делать им зло только потому, что они живут в отмежеванной от нашей части земли и признают над собой власть
тех, а не других людей, всякому человеку надо
помнить, что границы земельные и разные власти — это дела людские, а что перед богом мы все жители одной и
той же земли и все под высшей властью не людской, а закона божьего.
Для того,
чтобы хорошо жить с людьми, надо, когда сходишься с ними,
помнить, что важно не
то, что мне нужно, и не
то, что нужно
тому, с кем я сошелся, а
то, что от нас обоих нужно
тому богу, который живет в нас обоих.
Для того,
чтобы не впадать в эту ошибку, человек должен понимать и
помнить, что он так же не властен и не призван устраивать жизнь других, как и другие не властны и не призваны устраивать его жизнь, что он и все люди призваны только к одному своему внутреннему совершенствованию, в этом одном всегда властны и этим одним могут воздействовать на жизнь других людей.
Когда чувствуешь себя несчастным, вспомни о несчастиях других и о
том, что могло бы быть еще хуже. Вспомни еще, чем ты виноват был прежде и теперь виноват; а самое главное,
помни то, что
то, что ты называешь несчастием, есть
то, что послано тебе
для твоего испытания,
для того,
чтобы ты выучился покорно и любовно переносить несчастие,
для того,
чтобы ты благодаря этому несчастию стал лучше. А в
том,
чтобы становиться лучше, всё дело твоей жизни.
Для того,
чтобы провести наилучшим образом свою жизнь, надо
помнить, что вся жизнь только в настоящем, и стараться наилучшим образом поступать в каждую минуту настоящего.
Способность
помнить прошедшее и представлять себе будущее дана нам только
для того,
чтобы, руководясь соображениями о
том или другом, вернее решать поступки настоящего, а никак не
для того,
чтобы жалеть о прошедшем или готовить будущее.
— Боже! Да я ведь
тот же, как и прежде. Научите меня только, что же нужно
для того,
чтобы вам было легче? Вы
помните, я вам сказал: я вечно, вечно друг ваш!
Прошлое я
помню, как вчерашний день. Как в тумане, вижу я места и образы людей. Беспристрастно относиться к ним нет у меня сил; люблю и ненавижу я их с прежней силой, и не проходит
того дня,
чтобы я, охваченный чувством негодования или ненависти, не хватал бы себя за голову. Граф
для меня по-прежнему гадок, Ольга отвратительна, Калинин смешон своим тупым чванством. Зло считаю я злом, грех — грехом.
Меня вообще в разговорах не стеснялись. Саша и мой репетитор Николай Васильев раз навсегда предупредили меня,
чтобы я молчал о
том, что слышу, и что все это мне
для будущего надо знать. Конечно, я тоже гордо чувствовал себя заговорщиком, хотя мало что понимал. Я как раз пришел к разговору о Стеньке. Левашов говорил о нем с таким увлечением, что я сидел, раскрыв рот.
Помню...
Васса. Значит —
помнишь, Наталья? Это — хорошо! Без памяти нельзя жить. Родила я девять человек, осталось — трое. Один родился — мертвый, две девочки — до года не выжили, мальчики — до пяти, а один — семи лет помер. Так-то, дочери! Рассказала я это
для того,
чтобы вы замуж не торопились.
Венгерович 1. Не убить, а искалечить… Убивать людей не следует…
Для чего их убивать? Убийство — это вещь такая, что… Искалечить,
то есть побить так,
чтобы всю жизнь
помнил…
Первое правило — единство содержания; второе, да… второе, я полагаю,
то,
чтобы пиеса была написана стихами — это необходимо
для классицизма; и, наконец, третье, уж совершенно как-то не
помню, — кажется,
чтобы все кончилось благополучно… например, свадьбою или чем-нибудь другим; но я, с своей стороны, кладу еще четвертое условие
для того,
чтобы комедия действовала на вкус людей образованных: надобно,
чтобы она взята была из образованного класса; а
то помилуйте!
Помни притом: мы взяли их от отцов и матерей
для того,
чтобы образовать и воспитать, в чем должны отдать отчет Богу».
—
Помни, что я тебе сказала, — заметила ей Анжелика Сигизмундовна, — я уезжаю только
для того,
чтобы вернуться через несколько месяцев за тобой.
Лишить себя приятной вещи,
чтобы отдать ее бедному;
помнить добро, ей сделанное кем бы
то ни было; пожертвовать своим спокойствием
для угождения другим; терпеливо сносить слабости
тех, с которыми она жила; быть верною дружбе, несмотря на перемену обстоятельств, и особенно преданною своему благодетелю — таковы были качества девицы Рабе.
Наконец, в конце девятого года продолжения моей тяжбы Горб-Маявецкий объявил мне, что мое дело поступило в Санкт-Петербург (пожалуйте же,
помните, что он именно сказал: в Санкт-Петербург) и что мне с ним необходимо ехать туда же. Он будет хлопотать по. делу, а я —
для того,
чтобы подписывать:"к сему прошению". Признаюсь, каторжная работа — писать это ужасное слово.
В клетке надобно сделать нашестки или поставить колодки
для ночевки и отдельного сиденья ястребят после корма; последнее нужно
для того,
чтобы они как-нибудь не подрались между собою и не
помяли полных пищею зобов, что бывает
для них иногда даже смертельно.
Есть поверье, будто волшебными средствами можно получить неразменный рубль, т. е. такой рубль, который, сколько раз его ни выдавай, он все-таки опять является целым в кармане. Но
для того,
чтобы добыть такой рубль, нужно претерпеть большие страхи. Всех их я не
помню, но знаю, что, между прочим, надо взять черную без единой отметины кошку и нести ее продавать рождественскою ночью на перекресток четырех дорог, из которых притом одна непременно должна вести к кладбищу.
Например,
чтобы получить под сорок лет кафедру, быть обыкновенным профессором, излагать вялым, скучным, тяжелым языком обыкновенные и притом чужие мысли, — одним словом,
для того,
чтобы достигнуть положения посредственного ученого, ему, Коврину, нужно было учиться пятнадцать лет, работать дни и ночи, перенести тяжелую психическую болезнь, пережить неудачный брак и проделать много всяких глупостей и несправедливостей, о которых приятно было бы не
помнить.
Не
помню, какой я именно выбрал предлог
для того,
чтобы ей откланяться, — но она сделала эту выдумку совершенно излишнею. Вместо ответа на мое прощанье она взглянула на меня полными слез глазами и, крепко стиснув мою руку, произнесла по-малороссийски...
Цезарь уже не
помнил своего сна, но никогда еще эта тесная клетка с решеткой, эти ненавистные лампы, эти человеческие фигуры так его не раздражали. Он метался из угла в угол, злобно рычал на львицу, когда она попадалась на дороге, и останавливался только
для того,
чтобы в бешеном реве выразить весь бессильный, но страшный гнев Цезаря, запертого в тюрьме.
Но
для того,
чтобы быть Закхеем, надо не переставая стремиться к первому пределу, надо знать и
помнить, что идеал, к которому следует стремиться, не состоит в
том,
чтобы, продолжая жить барской жизнью, приобретать и распространять как можно больше знаний, которые каким-то таинственным, непонятным путем окажутся когда-то полезными народу, но прямо и просто уменьшать свои требования, удовлетворяемые трудом народа, и прямо и просто сейчас сближаться с ним и по мере сил своих служить ему.
Ананий Яковлев(горько улыбаясь). Не
для чего мне, судырь, теперь ни на какой подкуп идти: я вот свои, кровным трудом нажитые, 500 целковых имею и
те представляю… (Вынимая и кладя деньги на стол.) Так как теперь тоже, может, доступу ко мне не будет, так я желаю,
чтобы священник наш их принял. Дело мое они знают и как им угодно: младенца ли на них
поминать, в церковь ли примут, али сродственникам — семейству моему — раздадут, — ихняя воля; а мне они не
для чего.
[В рассказах Ашинова было немало
тем для поэзии в оссиановском роде: так, я
помню, как он однажды рассказывал об англичанине, который им будто привез «деньги от англичанки» и требовал,
чтобы они ехали сним, а они «деньги приняли», а поехали в свою сторону, а англичанина повезли за собою и на остановках его «драли», пока он «не стерпел более» и они его «там и закопали».
Если бы даже вы были свидетелем картины несчастия, раздирающего сердце, и видели бы сами, что денежная помощь может помочь, не смейте и тогда дотрогиваться до других куч, но поезжайте по всему городу, по всем вашим знакомым и старайтесь преклонить их на жалость: просите, молите, будьте готовы даже на униженье себя,
чтобы это осталось вам в урок,
чтобы вы
помнили вечно, как вы были доведены до жестокой необходимости отказать несчастному, как вы должны были из-за этого подвергнуться унижению и даже осмеянью публичному;
чтобы это не выходило у вас из ума,
чтобы вы через это приучались обрезывать себя в расходах по каждой куче и заранее помышлять о
том,
чтобы к концу года оставался от каждой остаток
для бедных, а не сходились бы только концы с концами.
Смотрите также,
чтобы никто не опирался чересчур и слишком на вас, как на собственный посох свой, подобно
тому как римско-католические дамы опираются на духовников своих, без воли которых они не смеют переступить в другую комнату и ждут
для этого исповеди; но
чтобы помнил человек, что нянька дается ему на время, а не навсегда и что как только отступает от него наставник, тут-то ему и следует блюсти за собой осторожней, чем когда-либо прежде,
помня ежеминутно, что уже некому теперь смотреть за ним, и содержа, как святыню, в своей памяти всякое слово, ему сказанное.